Воевода сон на волге островский о чем

Воевода (Сон на Волге) 2-я редакция.

Воевода (Сон на Волге) 2-я редакция

Картины из народной жизни XVII века, в пяти действиях, с прологом

Пролог

Нечай Григорьевич Шалыгин, воевода.

Облезлов, подьячий, товарищ воеводы.

Семен Бастрюков, богатый дворянин.

Степан Бастрюков, его сын.

Неустройко, ключник воеводы.

Бессудный, шут воеводы.

Heждан, земский староста.

Роман Дубровин, беглый посадский.

Влас Дюжой, богатый посадский.

Смирной и Дружина, посадские из лучших люден.

Брусенин, Цаплин, Тыра, посадские из средних людей.

Баим, стрелецкий сотник.

Гришка Жилка, отставной подьячий.

Резвый, слуга Бастрюкова.

Щербак, разбойник в виде нищего.

Дворяне, служилые люди, стрельцы, слуги воеводы и Бастрюкова, крестьяне, женщины, дети, нищие, слепые и убогие.

Площадь в городе. Налево ворота воеводского двора, несколько узких домов, в углу проезд в городские ворота; на заднем плане, за строениями, городская стена, которая постепенно понижается к правому углу; через стену видна Волга и противоположный берег, направо, на первом плане, высокая приказная изба, за ней площадка, видна часть колокольни, далее спуск к Волге, видны крыши домов.

Явление первое

Неждан, Смирной, Дружина стоят у приказной избы, ближе к авансцене; Несмеянов, Брусенин, Цаплин, Тыра стоят против воеводских ворот; по сцене, от городских ворот к собору и от собора к воротам, проходят разные люди обоего пола; у колокольни сидят слепые с деревянными чашками и стоят нищие, между ними Щербак. При поднятии занавеса слепые поют, слышны голоса нищих и вожаков слепых: «Слепому, убогому!», «Сотворите святую милостыньку».

Из приказной избы выходит Бирюч, надевает шапку на длинную палку и поднимает ее вверх, ребятишки окружают его и смотрят ему в глаза, разиня рот.

Слушайте-послуша́йте, государевы люди, старшие и меньшие и всякого чина люд, от мала и до велика! По великого государи наказу, ведомо вам буди, чтобы вы посадские и уездных всяких чинов люди и сотские, и пятидесятские, и десятские разбойников и татей и смертных убойцев и ведунов и всяких воровских людей у себя не таили и не держали и, имая их, приводили к воеводе. А буде ж вы, посадские и уездных всяких чинов люди, забыв страх Божий и не помня душ своих, учнете разбойников и татей и убойцев и ведунов и всяких воровских людей у себя держать и таить и понаровки им чинить, и тем людям от великого государя быть в смертной казни, безо всякого милосердия, а дворы и животы взяты будут на великого государя бесповоротно и разданы в исцовы иски. (Идет к посаду, дети за ним.)

Источник

Воевода (Сон на Волге) 1-я редакция

Комедия в пяти действиях, с прологом, в стихах

Пролог

Нечай Григорьевич Шалыгин, воевода.

Облезлов, подьячий, товарищ воеводы.

Семен Бастрюков, богатый дворянин, бывший губной староста.

Степан Бастрюков, его сын.

Неустройко, ключник воеводы.

Бессудный, шут воеводы.

Неждан, земский староста.

Роман Дубровин, беглый посадский.

Влас Дюжой, богатый посадский.

Смирной и Дружина, посадские из лучших людей.

Брусенин, Цаплин, Тыра, посадские из средних людей.

Баим, стрелецкий сотник.

Гришка Жилка, отставной подьячий.

Резвый, слуга Бастрюкова.

Дворяне, дети боярские, посадские, стрельцы, служилые люди, воеводские слуги и всякий народ. Слуги Бастрюкова.

Площадь в городе. Налево ворота воеводского двора, несколько узких домов, в углу проезд в городские ворота, на заднем плане гостиный двор с лавками; за ним городская стена, которая постепенно понижается к правому углу. Через стену видна Волга и ее берег, направо, на первом плане, приказная изба, под ней лавки, далее, на небольшом возвышении, низкая каменная ограда и ворота с тремя каменными ступенями; далее спуск и видны крыши домов.

Действие происходит в большом городе на Волге, в половине XVII столетия.

Явление первое

Читайте также:  Выбирала во сне заколку для волос

Несмеянов, Брусенин, Цаплин и Тыра стоят против воеводских ворот. Посадские и народ в глубине. Выходят из ворот с посада: земский староста, Смирной и Дружина и становятся у приказной избы, ближе к авансцене; все им кланяются. Из приказной избы выходит бирюч, надевает шапку на длинную палку и поднимает ее вверх; ребятишки окружают его и смотрят ему в глаза, разиня рот.

Слушайте-послуша́йте, государевы люди, старшие и меньшие и всякого чина люд, от мала и до велика! По великого государи наказу, ведомо вам буди, чтобы вы посадские и уездных всяких чинов люди и сотские, и пятидесятские, и десятские разбойников и татей и смертных убойцев и ведунов и всяких воровских людей у себя не таили и не держали и, имая их, приводили к воеводе. А буде ж вы, посадские и уездных всяких чинов люди и сотские, и пятидесятские, и десятские, забыв страх Божий и не помня душ своих, учнете разбойников и татей и убойцев и ведунов и всяких воровских людей у себя держать и таить и понаровки им чинить; а после того те воры и ведуны в сыску будут мимо вас, и учнут на вас говорить, что вы их знали и воровство за ними ведали, и ведая то их воровство, таили и их укрывали и про них не объявливали, и тем людям, кто таких воров учнет укрывать и у себя держать и воровство их таить, от великого государя быть в смертной казни, безо всякого милосердия, а дворы и животы взяты будут на великого государя бесповоротно и разданы в исцовы иски. (Идет к посаду, дети за ним.)

Источник

Действие первое

Сцена I

Прасковья, Марья, дочери их.

Резвый, Кубас, Шишига, слуги Бастрюкова

Слуги Дюжова и воеводы; сенные девушки.

Густой сад. Налево терем с выходом и крыльцом. Направо баня; в глубине стоячий тын, из которого несколько надолб вынуто; за тыном, когда он разобран, виден берег Волги.

Явление первое

Резвый, Степан Бастрюков в кустах, Кубас и Шишига у разобранного тына.

Входят Прасковья Власьевна, Марья Власьевна, Недвига; сенные девушки вносят ковры, подушки и разное шитье.

Явление второе

Недвига, Прасковья и Марья Власьевны, сенные девушки.

Все уходят. Резвый и Степан Бастрюков показываются из бани.

Явление третье

Бастрюков и Резвый.

Марья Власьевна подходит к тыну, осматривается; Резвый скрывается, Бастрюков выступает.

Явление четвертое

Бастрюков и Марья Власьевна.

Шут, потом воевода, Влас с Настасьей и девки.

Входит воевода, за ним Влас и Настасья; девки несут жбаны, чары и ковриги.

(Отдаст чару Настасье.)

Выбегает Марья Власьевна.

Явление шестое

Воевода, Влас, Настасья, шут и Марья Власьевна.

(берет за руку Марью Власьевну)

Все уходят, кроме шута, который остается на крыльце. Выходят Бастрюков и Резвый.

Явление седьмое

Бастрюков, Резвый и шут.

Резвый свищет. Марья Власьевна на крыльце.

Явление восьмое

Бастрюков, Резвый и Марья Власьевна.

Входят: воевода, Влас, Настасья, шут и слуги с фонарями.

Явление девятое

Бастрюков Степан, Марья Власьевна, Резвый, воевода, шут, Влас, Настасья, слуги.

Все отступают. Бастрюков и Резвый отходят к тыну.

Сцена II

Сени в доме Бастрюкова.

Явление первое

Бурый и Зоря (настраивает гусли).

Давно у нас старый боярин в Москву уехал?

За неделю русальной, да поста неделя, вот и считай.

А кто его знает. Челобитную повез в Москву на воеводу, так, вестимо, скоро не выпустят; да он масла на всякий случай с собой повез.

Экой ты какой! В Москве даром дела не делают. Подьячих маслить. С порожними руками с судьей не сговоришь; судиться — не Богу молиться, поклоном не отделаешься. Подьячим, брат, житье лучше нашего скоморошьего. С правым делом боярин-то поехал, а подьячим-то приданого на трех возах повезли; а воевода от себя на четырех поминки шлет, чтоб не забыли. Сам, дескать, кормлюсь, да и вас покармливаю.

Читайте также:  К чему снится есть во сне сухарики

И много же на воеводу челобитчиков!

Да почитай весь город.

Баба ворожила да надвое положила. Чья мошна туже, та и перетянет.

Что Степан Семеныч долго не едет; а я уж гусли наладил. Садись да играй.

Да с кем он поехал?

Резвый с ним, да еще Кубас с Шишигой.

Ну, так приедут, да не скоро. Они теперь рыщут, черна бобра ищут. Привезут ли, нет ли, соболя в сафьянных чёботах, кунку в шубке.

А мы и повеселим, чтоб на новом месте не скучно было. (Поет.)

Входят: Бастрюков, Резвый, Кубас и Шишига.

Явление второе

Те же, Бастрюков, Резвый, Кубас и Шишига.

Источник

trounin.ru

Блог литературного обозревателя, критика, писателя

Александр Островский «Воевода (Сон на Волге)» (1864)

Как отнестись к «Воеводе»? И насколько требовалось привязывать описываемое действие к определённому историческому периоду? Островский отнёс происходящее на два века назад, решив описать события, которые могли иметь место через несколько десятилетий после окончания Смутного времени. Почему Александр всё никак не желал брать пример с подлинного классика российской драматургии — с Сумарокова? Сам сюжет «Воеводы» мог хорошо быть продемонстрированным на фоне седой древности, когда всему могло найтись место, невзирая на успевшее устояться мнение о былом. Да хоть обратись к временам Владимира Крестителя, ещё не задумавшегося о необходимости избавления от язычества. О нравах тех времён не сохранилось подлинно верных свидетельств. Но раз Александр взялся именно за середину XVII века — пускай так оно и остаётся, ибо бесполезно толочь воду в ступе.

Однозначного отношения к пьесе до сих пор не устоялось. Не имелось понимания и среди современников. Кому-то пьеса понравилась полностью, иные оказывались способными признать некоторые части, но были и те, кто не стал признавать за Островским писателя, способного раскрывать сюжеты на историческую тематику. Говорить об исторической составляющей действительно не приходится. Да и само упоминание, к какому времени описываемое следует отнести — авторское предположение. Пусть сохранились свидетельства, согласно которым получалось, насколько Островский старался быть точным, изучал источники, проникался мыслями к мудрости прошедших веков, но ничего не могло спасти им описываемого. И сам сюжет, если он знаком читателю или зрителю, не способен вызвать устойчивого интереса. Ежели о чём и шла речь, то о вседозволенности людей, наделённых правом властных полномочий.

Получалось так, что местный властитель, в роли которого выступил воевода, задумал страдать от амурных страстей. Такому человеку не должна отказывать ни одна женщина, всякой следует проявлять к нему симпатию и отвечать взаимным любовным чувством. Неважным становится и общественное положение женщины, в том числе безразлично, является ли она замужней. Если воевода пожелал иметь отношения, оные ему положены по статусу местного властителя. А если это кому-то не нравится, тот отправится в заточение. Туда же отправится всякая, посмевшая отказать в близости. Причём, воевода не обязан любить одну-единственную. Такого чувства он может придерживаться к нескольким сразу, и каждая из них должна относиться к тому с пониманием. В схожем ключе Островский и раскрывал сюжет. Оставалось понять, насколько он может быть интересным читателю. Оказывалось, интерес проходил довольно быстро.

Невозможно понять, куда исчезает драматургия отношений, так ярко раскрываемая в пьесах на современный лад. Или в произведении на исторические мотивы должно присутствовать нечто далёкое от повседневности? Разве некогда люди жили иначе, думая отличным от нашего с вашим образа мыслей? Это так только кажется, причём из-за невозможности представить, как прежде оно могло происходить. Однако, есть ведь замечательные драматурги, умело подстраивавшие настоящее под былое. Собственно, тем же занимается литература любого века, берущаяся оспаривать право древних на присутствие отличия в суждениях. Просто не может человек представить, будто другие порядки возможны. Но всё это разговоры о пустом, более должные интересовать философов, тогда как простой человек неизменно поверит, живи люди в прошлом согласно его личных дум и убеждений. У Островского такого не происходит, вследствие чего наполнение приобретает вид сухого отстранённого повествования, придуманного от начала до конца.

Читайте также:  Держать на руках грудного ребенка во сне к чему

Снова встретив непонимание, Александр должен был оставить попытки, не растрачивая время на отображение нетипичных для него сюжетов. Да не нам судить, к чему должна лежать душа у талантливого писателя.

Автор: Константин Трунин

Дополнительные метки: островский воевода критика, анализ, отзывы, рецензия, книга, Alexander Ostrovsky Voivode analysis, review, book, content

Источник

Воевода сон на волге островский о чем

Александр Николаевич Островский

Собрание сочинений в шестнадцати томах

Том 4. Пьесы 1865-1867

Воевода (Сон на Волге)

Нечай Григорьевич Шалыгин, воевода.

Облезлов, подьячий, товарищ воеводы.

Семен Бастрюков, богатый дворянин, бывший губной староста.

Степан Бастрюков, его сын.

Неустройко, ключник воеводы.

Бессудный, шут воеводы.

Неждан, земский староста.

Роман Дубровин, беглый посадский.

Влас Дюжой, богатый посадский.

Смирной и Дружина, посадские из лучших людей.

Брусенин, Цаплин, Тыра, посадские из средних людей.

Баим, стрелецкий сотник.

Гришка Жилка, отставной подьячий.

Резвый, слуга Бастрюкова.

Дворяне, дети боярские, посадские, стрельцы, служилые люди, воеводские слуги и всякий народ. Слуги Бастрюкова.

Площадь в городе. Налево ворота воеводского двора, несколько узких домов, в углу проезд в городские ворота, на заднем плане гостиный двор с лавками; за ним городская стена, которая постепенно понижается к правому углу. Через стену видна Волга и ее берег, направо, на первом плане, приказная изба, под ней лавки, далее, на небольшом возвышении, низкая каменная ограда и ворота с тремя каменными ступенями; далее спуск и видны крыши домов.

Действие происходит в большом городе на Волге, в половине XVII столетия.

Несмеянов, Брусенин, Цаплин и Тыра стоят против воеводских ворот. Посадские и народ в глубине. Выходят из ворот с посада: земский староста, Смирной и Дружина и становятся у приказной избы, ближе к авансцене; все им кланяются. Из приказной избы выходит бирюч, надевает шапку на длинную палку и поднимает ее вверх; ребятишки окружают его и смотрят ему в глаза, разиня рот.

Слушайте-послуша́йте, государевы люди, старшие и меньшие и всякого чина люд, от мала и до велика! По великого государи наказу, ведомо вам буди, чтобы вы посадские и уездных всяких чинов люди и сотские, и пятидесятские, и десятские разбойников и татей и смертных убойцев и ведунов и всяких воровских людей у себя не таили и не держали и, имая их, приводили к воеводе. А буде ж вы, посадские и уездных всяких чинов люди и сотские, и пятидесятские, и десятские, забыв страх Божий и не помня душ своих, учнете разбойников и татей и убойцев и ведунов и всяких воровских людей у себя держать и таить и понаровки им чинить; а после того те воры и ведуны в сыску будут мимо вас, и учнут на вас говорить, что вы их знали и воровство за ними ведали, и ведая то их воровство, таили и их укрывали и про них не объявливали, и тем людям, кто таких воров учнет укрывать и у себя держать и воровство их таить, от великого государя быть в смертной казни, безо всякого милосердия, а дворы и животы взяты будут на великого государя бесповоротно и разданы в исцовы иски. (Идет к посаду, дети за ним.)

Источник

Поделиться с друзьями
Полезные советы на каждый день